L4F.ru – для людей, которые ценят чувство юмора, любят шутки и приколы. Здесь пользователями собраны самые смешные анекдоты, фото и видео приколы со всего Интернета.

Написать
pash2122

Из дневника, Камергер вошел в покои, и доложил,-Письмо от челяди. -Ну приперся, читай. Ваше Величество,много воды,разрешите своими словами? -Разрешаю! Народец просит вернуть былое,что бы государство было как прежде,веселое,сытое,довольное..Потягивая утренний кофе, у раскрытого окна и любуясь невероятными пейзажами и пением райских птиц, удивленно ответил,-О как!Народец хочет что бы за него все сделал кто-то?А почему сами не хотят, разбалывались?Все ждут пока мы смахнем крошки со своего стола!

pier

Росомаха по 100 картинок в один пост напихивает, а некто, не будем показывать пальцем хто, засирает своим околополитическим калом всю ленту постами состоящими из 2-5 никому нах не нужных изображений. граждане, постите юморные рассказы и видосы!)) задавим эту политическую каку!))

inulka

А и правда, господа! Лет десять тут не была - заметно грустнее сайт стал, все больше про политику, а шуток маловато((. Давайте уж поржем от души что ли))

pier

я давно предлагал стебаторов запретить. Беллеаркадьевне тоже всего наилучшего.))

Oppozitchik

Был юмористический а стал какой-то вбросный.

Написать

Сувенир.

13

История

Добавил:

prosto_tak 27 августа 2019
Ты - замороженный словарь.
А вместо закладки - маленькая таранька
из золотой рыбки, как память о несбывшихся желаниях.


Неприятное предчувствие появилось ещё с вечера и превратилось в уверенность утром, когда Серый вышел кормить зверьё. Только заметил солнечные блики по ту сторону рва, и сердце сразу неприятно ёкнуло. Серый совершенно точно знал, что увидит, если опустит навесной мост и перейдёт на другую сторону, к Лесу.

Каждый раз, когда ему доводилось найти мёртвого цветочного эльфа, он сильно огорчался. А как тут не огорчиться?
Серый с грустью посмотрел на неподвижное маленькое тельце. Цветочный эльф лежал на боку, в позе зародыша, поджав к животу ножки в зелёных штанишках. Крылышки сверкали и переливались, их-то и было видно издали.
Серого всегда удивляло то, что у живого эльфа крылья никогда не блестели: прозрачные и почти невидимые, а у мёртвого сверкали, ловили и отражали свет. Зеркальные. Словно большая мёртвая стрекоза...

Когда он рассматривал под микроскопом своего первого эльфа, оказалось, что тонкие плёнки покрыты кристаллами, которые легко отделялись, отчего зеркальный блеск терялся. Значит, у живого эльфа крылья должны быть влажными, но живых он видел только издали - в бинокль, и лишь четыре раза вблизи - в Лесу. Они казались такими разумными и настоящими...
Серый вздохнул, достал из кармана диктофон, ещё раз вздохнул и сказал:

- Второе июня, семь тридцать, мёртвый цветочный эльф на прежнем месте.

Он выключил диктофон, спрятал его в карман и присел рядом с находкой.
Человечек был в зелёной курточке и штанишках до колен, в тапочках с загнутыми носами и в белой дамской шляпке с крошечными красными цветами. Из-под шляпки рассыпались тонкие, как паутина, волосики. Вокруг эльфа лежали розовые лепестки, сплошь истыканные иголкой.
Серый быстро оглянулся по сторонам, внимательно осмотрел чёрную стену Леса за собой, а потом сгрёб в ладонь мёртвого эльфа вместе с лепестками и пошёл к станции.
Он перебрался через мост и сразу включил подъёмный механизм. Звери во рву шумно завозились - ждали кормёжки. Серый свободной рукой кое-как покидал им порубленную на куски тушу и отправился в лабораторию, по дороге разглядывая эльфа.

Мёртвые крошечные существа казались очень эстетичными. Да и живые тоже. И невероятно похожи на маленьких людей. Иногда они приходили умирать к станции; и привыкнуть к этому казалось невозможно.
Серый положил эльфа на стол, достал форму и канистру. Зачем-то перевернул миниатюрное тело пальцем: хотелось, чтобы крошка шевельнулась. Из-под крыла выпал ещё один лепесток.
Серый налил в форму немного полимерной смолы, бережно опустил туда эльфа и - по стенке - медленно залил форму до самого верха. В воздухе разлилась едкая вонь. Мёртвый человечек принял в прозрачной жидкости естественную, спящую позу. Серый открыл форточку и вышел взглянуть на приборы. Звери услышали, что он ходит по двору и снова расшумелись - требовали еды.

- Будет с вас, - проворчал Серый.

Чёрный Лес за рвом со зверями добродушно хмурился, шевелился. Страшно было только новичкам. Серый быстро снял показания, занёс данные в журнал наблюдений и снова поднялся в лабораторию: хотелось внимательней рассмотреть лепестки. Он осторожно взял один, положил между предметными стёклами и заглянул в микроскоп.
То, что он увидел через призму, заставило его отшатнуться и тут же снова приникнуть глазом к трубке.
Лепесток оказался исписан крошечными буквами. Буквы сплетались в слова, слова в строчки, это было недошедшее до адресата письмо, живущее, пока не увянет почтовая бумага. Может, эльфы болели и приходили не умирать, а просить помощи? Помогать крошкам Серый не мог - не имел права, он мог только наблюдать.

"Зря это я делаю", - подумал он с досадой, но всё равно отсканировал лепестки при самом большом разрешении и ввёл информацию в машину. Десять объектов с текстовой информацией. А вдруг последний эльф хотел сказать что-то важное?

Пока машина медленно разбиралась в незнакомом языке, Серый расхаживал по лаборатории, не зная, чем заняться. Форма со спящей крохой ещё не застыла. Это потом - через пару дней - можно будет аккуратно разобрать стенки, зачистить наждачкой, шлифануть, и тогда получится ещё один прозрачный, гладкий кубик с красивым и грустным сувениром. На полке уже стояло два таких кубика, это будет третий.

Серый попытался читать, но книжка не интересовала, тогда он снова вышел наружу и отправился ко рву. Ему нравилось смотреть на зверей, что-то было завораживающее и знакомое в том, как они возились, выясняли отношения или грелись на солнце. Он даже к запаху привык. Правда, из-за них Серый уже два года не ел мяса, но смотрел всё равно с удовольствием, и знал в лицо каждого.

Месяца два назад, в грозу, когда сгорел трансформатор, в ров свалился тролль и покалечил двух зверей. Серый подумал, что они ревут из-за грозы, а утром, когда вышел, увидел кое-где клочки бурой шерсти и пятна крови.
Тролль всё-таки погиб, но одному зверю свернул шею, а Генеральному - альфа-самцу - выдавил глаз. Серый думал, что остальное зверьё быстро отстранит калеку от власти и кормушки, но Генеральный оправдал свою кличку: даже с одним глазом мастерски расправлялся с собратьями, отвоёвывая себе самые сочные части туши. Вот и сейчас альфа-самец, прикрыв здоровый глаз, с важным видом грелся на солнышке.

- Господин директор, - сказал ему Серый, - вы не могли бы подписать заявку на кормёжку для зверей и канцтовары?

Генеральный благодушно промолчал, но остальные завозились в воде.
"В принципе, если бы эльфы нуждались в помощи, они бы могли и прилететь. Подвесной мост для них не помеха, а поле я не выставляю".
Серый зачем-то ещё раз взглянул на аппаратуру, как будто показания за такой короткий промежуток могли измениться, и поднялся в лабораторию.
Машина как раз закончила обрабатывать материал, на экране белел расшифрованный кусок текста...
Серый сел, потёр колючий подбородок и стал читать.

"Знаешь, я не могу забыть твои глаза. Мне казалось неправдой, что человеческие глаза завораживают, а твои меня заворожили. Жаль, что в твоём мире для меня нет места. Если сначала мне хотелось всего лишь увидеть тебя ещё раз, то теперь мне хочется не уходить отсюда никогда. А вдруг ты как раз выглянешь, а меня не будет?"

Серый дважды перечитал текст, пока до него дошёл смысл. Он загрузил следующий лепесток.

"...Ты меня взял так, как я рву цветы, но только с корнем. Наверное, я не представляю для тебя интереса и не могу принести тебе пользы. Но от меня, быть может, пользы гораздо больше, чем от того же цветка..."

Серый снова почесал подбородок. Польза всё-таки была. Если случались аварийные ситуации с генератором, он брал один из кубиков и ходил с ним, как с фонариком, крылья долго светились в темноте.

Он заново перечитал оба лепестка и загрузил ещё один.

"...Иногда мне кажется, что между нами протянута тонкая нить, идущая из моего сердца прямо в твои руки. Жаль, что я не могу потянуть за неё, чтобы вызвать тебя. Мне приходится подолгу ждать, пока ты не выйдешь к своим чудовищам или к тем странным жужжащим коробкам..."

"...Мы такие чужие. Говорят, ты станешь тленом и напитаешь растения соками своего тела, я же стану кусочком радуги. Ты всегда сможешь меня увидеть, если посмотришь на небо после дождя, но этого не случится, со мной всё будет хорошо, тобою просто надо переболеть, вот переболею и улечу. Мне уже значительно лучше..."

Серому стало совсем грустно. Он вспомнил категорическое распоряжение генерального директора базы о каждодневном посещении столовой всеми сотрудниками, и решил сходить на обед. Он оделся как положено, закрыл лабораторию, потом поставил всю станцию на сигнализацию, щёлкнул ключом центрального входа и тут же был проглочен Молохом.

На секунду закружилась голова. Серый вдохнул поглубже, подтянул магнитную молнию термокостюма и неспешно двинулся по неподвижному, покрытому красной плиткой, языку монстра, мимо зубов-плафонов, сверкающих мертвенной белизной. Когда-нибудь Молох сомкнёт пасть, разжуёт всю эту скуку и просто выплюнет. Хорошо бы в это время быть там, возле рва со зверьём, смотреть на сиреневые сумерки над чёрным Лесом...

Он быстро дошёл до столовой, где не появлялся уже несколько дней. Раздатчица в жёлтой униформе привычно улыбнулась и, не спрашивая, предложила его обычный заказ: кофе без сахара, мягкий круассан и серебряный лоточек с плавленым острым сыром.
Серый проводил её взглядом. У раздатчицы был тугой, обтянутый тканью зад, она появилась здесь сравнительно недавно. Девушки с тугими и вислыми задами в столовой появлялись и исчезали, а Серый оставался, и оставались его два заказа. Сдоба с плавленым сыром на обед, ужин на вынос: картошка с зелёным салатом и рыба. Очень редко - пицца, к которой он брал баночку пива.

Он стал мазать сыр на хлеб и есть, поглядывая по сторонам. Иногда ему казалось, что в Молохе страшнее, чем в Лесу. Тут воздух всегда несвеж и пронизан штампованной скукой всех мыслимых оттенков серого. То ли мещанский фотоальбом, то ли кадры из сериала. Возле окна обедает пара. Лица, причёски, улыбки, всё как у самых лучших, самых известных актёров, но только это не актёры, а статисты, потому что фильм дешёвый, вот и выглядят они тускло, заученно. Только что улыбнулся парень, сейчас по сценарию очередь девушки. Так и есть, улыбается, видимо, постановщик за кадром дал команду растягивать губы. Серый отвернулся. К нему подошла раздатчица и спросила:

- С собой как всегда?

- Да.

Странно, этого в сценарии не было. Серый с любопытством посмотрел на девушку. Милое, пустое лицо, только глаза уставшие.

- Сегодня рыба нехороша, - пояснила она. - Может, возьмёте пиццу?

Серый немного подумал и согласился.

- Дайте пиццу и баночку пива.

Постановочный кадр возле окна. Он выкинул контейнеры с остатками еды в утилизатор и вышел, его место немедленно занял чёрно-белый снимок. Две офисные девушки, высоко застёгнутые. Над воротничками - бледные лица. Девушки спешно пытались сделать выбор между обжигающем кофе и сигаретой. Одна из них, вероятно, была настоящей красавицей: даже обусловленный дресс-кодом костюм не слишком её портил. Девушки, морщась, выпили кофе и ушли. Они не знали, что эльфы приходят умирать под ров со зверями и спешили на работу.

Серый взял пакет с пиццей и пошёл назад.
Небритый герой идёт по узкому тоннелю, а мимо проносятся чужие сбывшиеся мечты. Мечты дешёвые, ибо фильм малобюджетный. И снова постановочный кадр - из отсека выходит звёздная принцесса, она хрупка, прелестна и улыбается лучше всех статисток, а вот и принц. Он немного несвеж, его изнурённый кадык выпирает, будто принц целиком проглотил мандарин, но ничего, сойдёт и так. И принцесса, по команде сценариста, посылает улыбку его банковскому счёту.

Серый открыл ключом центральный вход станции, такой же, как у десятка других станций, на которых он был. Быстро зашёл и закрылся изнутри, отключил сигнализацию, открыл лабораторию, и, не переодеваясь, стал читать следующий лепесток.

"...Ещё слишком рано, ты, кажется, спишь. Выйдешь кормить своих чудовищ не раньше, чем звезда высушит росу. Пока ты спишь, я тысячу раз целую твои красивые губы и твои красивые глаза. Я хочу, чтоб тебе приснился самый чудесный и светлый сон. Я никогда тебя не брошу, только ты не бросай меня, пожалуйста..."

Конечно, я тебя не брошу. Ты будешь всегда со мной, красивым кубиком...
Серый долгим взглядом посмотрел на полку с сувенирами. Последний лепесток оказался залит смолой вместе с эльфом, сказанное в нём теперь останется тайной.

Ему стало так странно, что почти захотелось назад, в Молох, он выглянул в окно и около получаса смотрел, как шевелится чёрный лес за рвом и слушал, как возятся звери.

Почти под конец дня, без предупреждения, явился генеральный директор базы с двумя проверяющими, мучительно похожими друг на друга выражением лица и вообще, всем видом, только один был ниже другого. Оба в чёрной форме внешних служб, задние карманы специфически топорщились, на лбах висело по аккуратному козырьку. У коротышки козырёк слегка отклеился с левого боку.

- Ну что тут у нас, порядок? - спросил директор и зевнул, в точности, как одноглазый альфа-самец.

- Порядок, - сказал Серый. - Подпишете заявку на мясо и канцтовары?

- Потом, - отмахнулся директор.

- У меня в морозилке только две туши осталось, - предупредил Серый.

- Потом, - ещё раз сказал генеральный. - Это...

Серый выдал им одноразовую спецодежду и стал помогать одеваться директору.
Проверяющие кряхтели и с грохотом помогали друг другу.

- У вас козырёк отклеился, - сказал Серый коротышке.

Все трое посетителей перестали одеваться и посмотрели на Серого. Он мигнул, козырьки куда-то исчезли и Серый почувствовал себя неловко.

- Ты бы на базе появлялся почаще, - заметил генеральный директор, - а то сидишь тут...

- Я появляюсь, - сказал Серый.

- Каждый день на обед в столовую ходи.

- Я хожу.

В спецодежде Серого больше всего умиляли шлемы, он точно знал: всё, что случается с тобой в Лесу - дело случая.
Одевшись, высокий козырёк взял в руку чемоданчик, и все трое со звоном потопали к выходу. Серый опустил для них мост и вызвался проводить до Леса. Зверьё во рву, услышав голоса, беспокойно завозилось, заревело.

- Ишь ты, какие милые, - на ходу заметил генеральный директор, заглядывая в ров. - Особенно вон тот, одноглазый... Ну и башка у него... Это, мы недолго...

Он пошёл вперёд, козырьки, громыхая доспехами, следом.
Кусочек штампованной Молохом скуки клином вошёл в Лес, и ещё долго трещал ветками. Серый подождал, пока чёрная стена листьев приветливо зашевелится, и оглянулся по сторонам. Хотелось найти ещё один лепесток, но их, наверное, унесло ветром. Он пошёл на станцию.

"Я теперь буду выходить часто, - думал Серый. - Неплохо бы, чтоб он всё-таки подписал заявку, не то охотиться придётся, а я не хочу... Вот, стану часто выходить, и однажды найду живого эльфа. Он будет сидеть вот тут, на этом самом месте, и смотреть на меня во все глаза. Я подойду, присяду на корточки, а эльф сожмётся в комочек, как птенец. Я возьму крошку в ладонь и подую ему на шляпку, а он крепко обнимет меня за палец и прижмётся игрушечным тельцем. Тоже ведь не просто сувенир..."
Источник: © Пяткина Мари
1 249
Разместить в промо-блоке Отправить другу
Ссылка:


Код для форума (BBCode):


Код для блога (HTML):


Отправить другу по e-mail:


Комментарии
hellguard 28 августа 2019 в 04:54
Эх, не те нынче эльфы. Вот Леголас - всем эльфам эльф. Или Оберон.;-)
Ответить

3

Для того, чтобы оставить комментарий вам необходимо войти или зарегистрироваться.